Ольга Буторина об именинах евро

И по сей день, приезжая в Европу, нельзя не заметить юности евро: все монеты сияют парадным блеском, а старые никогда не попадаются. Введение наличного евро, по всем оценкам, прошло успешно, пишет в журнале «Европа» доктор экономических наук, руководитель центра Европейской интеграции Института Европы РАН Ольга Буторина.

Несмотря на грандиозный масштаб, кампанию провели без заминок и технических накладок. Европейский центральный банк доказал гражданам ЕС и всему миру, что он способен принимать и проводить в жизнь самые сложные решения. Количество фальшивых евро, обнаруженных в странах валютного союза за первые шесть месяцев 2002 года, составило 7 процентов от такого же числа национальных купюр в первом полугодии 2001 года. То есть евро подделывали в 15 раз реже, чем прежние национальные деньги.

Но все-таки не обошлось без жертв. Простые европейцы ропщут, а союзы потребителей негодуют из-за повышения цен на товары и услуги повседневного спроса. Во многих странах заметно подорожали автосервис, такси, гостиницы, самые ходовые напитки и закуски в барах. Это действительно так. Когда, пообедав с коллегой в демократичной бельгийской пиццерии, мы заплатили за кофе по пять евро, мысль о том, что инфляция в ЕС ниже 2 процентов, не избавила нас от удивления.
Все это в Европе, а что в России?

Евро и Россия: шаги навстречу

На капустниках шутят, что строки Пушкина «Из скорлупок льют монету и пускают в ход по свету...» лучше не произносить при европейских дипломатах . Если серьезно, то на поверхности с введением общеевропейской валюты в России изменилось немногое. И все же можно с полным основанием говорить о смене долгосрочного формата, поскольку теперь ситуация будет развиваться по новым правилам. О чем речь? О стратегических интересах России и Европейского Союза применительно к евро и о новых линиях взаимодействия в этом вопросе.

Россия и ЕС объективно заинтересованы в том, чтобы евро прижился на российском рынке и активно использовался во внешнеэкономической деятельности. России евро дает шанс разнообразить валютную структуру внешних расчетов и накоплений, включая официальные резервы Банка России. Согласно оценкам, в конце 1990-х годов в России свыше 80 процентов внешнеторговых сделок заключалось в долларах США. Однако до 2/3 российского торгового оборота приходится на страны Европы, в том числе 30-35 процентов на государства ЕС. Односторонняя ориентация на доллар, естественно, сопряжена с высокими рисками, как курсовыми, так и системными. В этом свете перераспределение активов в пользу евро - дело полезное и нужное.

Для Европейского Союза отношение России к евро важно по двум основным причинам.

Во-первых, новая валюта не сможет завоевать прочные позиции в мире, если она не станет общеевропейской валютой, а здесь без России не обойтись. Несмотря на крошечный, по европейским меркам, объем ее финансовых рынков, Россия является своего рода индикатором жизненных сил евро вне его родного дома. Если она, будучи стратегическим партнером ЕС, осталась бы под монопольным влиянием доллара, то это значило бы, что евро не готов выполнять на внешних рынках те же функции, что и денежная единица США.

Во-вторых, Россия - крупнейший экспортер нефти и газа, торговля которыми в мире традиционно ведется на доллары. Конечно, страны ЕС хотели бы изменить ситуацию в свою пользу. Дело здесь не только в коммерческой выгоде (до сих пор они не могли покупать нефть на немецкие марки, французские франки и уж тем более на португальские эскудо или греческие драхмы), но и в стратегических преимуществах, в долгосрочных перспективах евро на мировых товарных, а значит, и финансовых рынках. То, насколько быстро тронется лед, во многом зависит от российских поставщиков.

Этот вопрос европейская сторона поднимала на переговорах с Россией еще в начале 1998 года. В мае 2001 года на саммите ЕС - Россия глава Европейской Комиссии Романо Проди официально обратился к президенту Владимиру Путину с предложением перевести на евро двустороннюю торговлю. Устраивающий всех вариант может быть найден путем разделения валюты, в которой устанавливается цена товара, и валюты, в которой проводится платеж. Иначе говоря, если поставляемая из России в ЕС нефть будет стоить в долларах столько же, сколько на мировых рынках, а платить европейцы будут в евро по курсу на момент исполнения сделки, то в случае удешевления евро отечественные экспортеры не пострадают (как и не выиграют при его удорожании).

Радости и трудности роста

На сегодня опыт работы с новой валютой приобрели многие российские предприятия и банки, и их число неуклонно растет. К этому их подталкивают не только экономические соображения (при падающем курсе евро был особенно выгоден импортерам), но и позиция западноевропейских партнеров, которые предпочитают заключать контракты именно в евро, а не в долларах США. Расчеты в евро особенно удобны при встречных поставках, когда в обмен на вывозимые в Западную Европу российские товары там закупаются, скажем, машины и оборудование. Подписание экспортных контрактов в евро неизбежно, если российская фирма получает кредит или аванс от западноевропейского партнера или если товар продается на бирже (аукционе), где торги ведутся в евро. И, наконец, при растущем курсе евро выгодным становится заключение экспортных контрактов в этой валюте.

С начала 1999 года Архангельский целлюлозно-бумажный комбинат перевел контракты с европейскими партнерами на евро, чем избавил себя от валютных рисков. В том же году по настоянию австрийских поставщиков Магнитогорский металлургический комбинат стал заключать контракты на импорт оборудования в евро, тогда как экспорт стали и проката по-прежнему идет на доллары. В течение 1999-2000 годов благодаря удешевлению евро комбинат получил крупный валютный выигрыш. Растет доля евро во внешнеэкономических связях Центральной и Восточной Европы, а российские компании уже оформляют с ними сделки в единой валюте. Преимущества евро очевидны в приграничной торговле в северо-западных регионах России, особенно в Калининградской области.

И все же доля евро на валютном рынке России невелика - всего 10 процентов, при том что 8 процентов из них приходится на пару евро - доллар. То есть собственно обмен евро на рубли и обратно составляет 2 процента от объема валютно-обменных операций, проводимых российскими банками. Правда, основания для оптимизма имеются. С октября 1999-го по октябрь 2002 года оборот с евро на Единой торговой сессии (ЕТС) российских межбанковских бирж увеличился с 38 до 159 миллионов евро, а доля единой валюты в совокупном объеме торгов поднялась с 1 до 8 процентов. Квота евро на ММВБ составляет около 3, а на Санкт-Петербургской бирже - 15 процентов.

Миниатюрные объемы торгов - главное препятствие на пути распространения евро в России, ведь купля-продажа небольших партий (будь то валюта или любой товар) всегда обходится дороже, чем крупных. Чем популярнее валюта и чем больше сделок с ней совершается, тем меньше колеблются ее котировки в течение дня и тем меньше разница между курсом продажи и курсом покупки (на профессиональном языке - спред, или маржа). По данным выборочных опросов московских банков, обычный спред на межбанковском рынке в паре евро - рубль в 2-3 раза превышает спред в паре доллар - рубль. Поэтому предприятиям выгоднее иметь дело с долларом, чем с евро. А банки при необходимости обменять евро (полученные клиентом, например, в оплату за российский экспорт) на рубли совершают сделку не напрямую, а через доллар. Низкий спрос на евро, в свою очередь, не позволяет сокращать спред.

Ты возьми меня с собой

Для российских граждан обмен прежних национальных валют на евро прошел вполне спокойно. До последних дней 2001 года Сбербанк принимал денежные знаки стран еврозоны, обменивал их на рубли или по желанию клиента открывал счет в евро. В середине января 2002 года первые купюры евро появились в обменных пунктах, и тогда их приобретали скорее из любопытства, чем из практической потребности.

Отношение населения к экзотическим европейским деньгам начало меняться ближе к лету. Те, кто уже побывал в Западной Европе, быстро оценили преимущества евро, а собиравшиеся туда стали прикидывать, в какую валюту конвертировать накопленные на отпуск рубли. Единая валюта оказалась особенно удобной при поездках в страны, национальные деньги которых раньше почти не продавались и не покупались в России. Обменять рубли на ирландские фунты или даже испанские песеты всегда было проблемой. Лишь единичные банки проводили такие операции и взимали за них более чем внушительную комиссию. Теперь проблема отпала.

Более того, благодаря росту оборотов с наличными евро сделки с ними стали дешевле, чем с прежними немецкими марками, не говоря уже о французских франках и итальянских лирах. В январе 1999 года средняя разница между курсом продажи и покупки марки составляла в России около 10 процентов, а летом 2002 года та же маржа при конверсии евро колебалась вокруг 3 процентов. Результат налицо.

В августе 2002 года евро установил в России своеобразный рекорд: его доля в общем объеме иностранной валюты, проданной банками населению, поднялась до 28 процентов. Правда, с окончанием отпусков доллар вернул оставленные было позиции, и доля евро сократилась до прежних 10-15 процентов. В рождественские каникулы евро предпринимает новую попытку завоевать сердца россиян. Для этого у него есть все основания: из 10 миллионов человек, ежегодно выезжающих в дальнее зарубежье, около 3 миллионов направляются в страны валютного союза и еще 2,5 миллиона - в государства Центральной и Восточной Европы, денежные единицы которых ориентированы на евро.

В целом полная акклиматизация евро в России займет несколько лет. Многое будет зависеть от того, как в дальнейшем поведет себя евро и как выстроится динамика американского доллара. Чем более ровным и предсказуемым окажется курс единой валюты, тем привлекательнее она будет для операторов из «третьих» стран, включая Россию.

Top